Наталья Мантурова: нам предстоит еще много важных дел и решений

Мы часто говорим о том, что пластическая хирургия – одна из наиболее динамично развивающихся медицинских отраслей. И это справедливо не только в плане постоянно развивающихся и совершенствующихся методик, оборудования, технологических подходов. В нашей стране пластическая хирургия – это еще и сфера, переживающая один из важных периодов становления, определения основополагающих правил, основных векторов развития. О первых результатах проводимых реформ, новых правилах обучения молодых специалистов и перспективах развития отрасли наш разговор с главным внештатным специалистом – пластическим хирургом Министерства здравоохранения Российской Федерации, заведующей кафедрой пластической и реконструктивной хирургии, косметологии и клеточных технологий ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова, доктором медицинских наук Натальей Евгеньевной МАНТУРОВОЙ.

Наталья Евгеньевна Мантурова

Главный внештатный специалист – пластический хирург Министерства здравоохранения Российской Федерации, заведующая кафедрой пластической и реконструктивной хирургии, косметологии и клеточных технологий ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И. Пирогова, доктор медицинских наук, врач высшей категории, президент «Российского общества пластических, реконструктивных и эстетических хирургов», член Общества эстетической медицины, член ISAPS, член редколлегии журнала «Пластическая хирургия и косметология», заслуженный врач Российской Федерации.

 

– С момента принятия нашумевшего приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации № 298н от 31.05.2018 «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия» прошло уже полтора года. Достаточный срок, чтобы не только провести тотальную проверку клиник, подвести итоги, но и аргументированно ответить тем, кто изначально воспринимал этот документ как способ «закрутить гайки» и вытеснить с рынка небольшие клиники, расчистив место для крупных игроков. Итак, что дал отечественной пластической хирургии новый порядок?

– Действительно, полтора года пронеслись незаметно. Сейчас мы видим, что на рынке осталось достаточное количество клиник пластической хирургии, дефицит специалистов не развился. Более того, открываются и функционируют все новые и новые учреждения, оказывающие медицинскую помощь по профилю «пластическая хирургия». При том, что порядок однозначно не ухудшил ситуацию на рынке эстетической медицины, мы уже видим и положительные результаты. Так, заметно уменьшилось количество осложнений после эстетических операций, в том числе летальных. Об этом уже неоднократно упоминал Росздравнадзор в своих сообщениях, а безопасность и здоровье наших пациентов – это самое главное.

Важно и то, что мы стали получать гораздо меньше жалоб на так называемые клиники-однодневки, где пациентов оперировали до первой жалобы, после чего, не разбираясь, просто
закрывали учреждение и открывали в соседнем помещении под другим названием. Нужно понимать, что порядок по пластической хирургии – это лишь один из первых шагов в укреплении специальности, и нам предстоит еще много важных дел и решений.

– Вы были одним из инициаторов создания нового федерального образовательного стандарта по специальности «пластическая хирургия». Что в нем принципиально нового, кроме увеличения срока обучения с 2 до 5 лет?

– В настоящее время существует только проект нового федерального образовательного стандарта по специальности «пластическая хирургия», пока не утверждены ни образовательный стандарт по специальности, ни приблизительная основная образовательная программа. Это вопрос предстоящих лет.

Нужно понимать, что увеличение срока образования – это не просто растягивание старой программы на более длительный период обучения. Это будет принципиально новая программа образования специалистов, которая в полной мере соответствует международным стандартам.

Новая программа будет включать в себя подробное описание процессов и образовательных модулей, которые необходимо будет пройти обучающимся специалистам. Мы понимаем, что в настоящее время образовательная программа нуждается в реформировании в соответствии с существующими требованиями современной медицины. И эту работу необходимо выполнить.

– Как вы относитесь к идее создать на официальном сайте Росздравнадзора так называемый «белый список пластических хирургов» – список специалистов, которые имеют все не
обходимые дипломы и сертификаты для работы по направлению? Поможет ли это в борьбе с мошенниками, которых, к сожалению, в индустрии эстетической медицины все еще остается немало?

– В настоящее время государственной системой контроля предусмотрена сертификация врачей всех специальностей. По своей сути это и есть критерий того самого «белого списка».
Специалист, которого принимают на должность врача – пластического хирурга, обязан предоставить работодателю диплом об окончании медицинского вуза и документы о прохождении первичной переподготовки по пластической хирургии путем прохождения ординатуры по специальности или прохождения первичной переподготовки, которая была возможна до определенного времени. А также предоставить документы об усовершенствовании, которое необходимо проходить каждые 5 лет. Только имея на руках данные документы, специалист может быть принят на работу пластическим хирургом. Не думаю, что дублирование какого-либо списка хирургов на сайте Росздравнадзора поможет в борьбе с клиниками, которые пренебрегают необходимостью наличия данных документов у врача. Стоит сказать, что любой пациент клиники может потребовать предоставить данные документы на каждого врача-специалиста у клиники, где получает медицинскую помощь.

– Когда можно ждать положительного решения по предложению ввести пластические операции в систему ОМС?

– Введение любой новой специальности в систему обязательного медицинского страхования – это долгий, сложный и кропотливый процесс. Прежде всего, это концептуальное решение Министерства здравоохранения о внесении данного направления. После – создание списка клинико-статистических групп, в рамках которых будет проводиться лечение пациентов. И, конечно же, расчет и выделение средств бюджета на эти цели. Не стоит забывать, что финансирование лечения, помимо всего прочего, разнится также и между регионами нашей страны. В настоящее время мы активно работаем над данным вопросом.

– Закон «О биомедицинских клеточных продуктах», который вступил в силу с 1 января 2017 года, дал пищу для всевозможных оптимистичных прогнозов о тех изменениях, которые появятся в индустрии красоты благодаря новейшим изобретениям в сфере стволовых клеток. Самые броские заголовки вообще предрекали закат пластики, поскольку вскоре все эстетические проблемы можно будет решать несколькими уколами волшебных клеточных эликсиров. Насколько подобные ожидания могут быть оправданы?

– В своей специальности мы идем в ногу со временем и активно развиваем и внедряем все современные технологии. Не являются исключением и работы с биомедицинскими клеточными
продуктами. Мы предвидим не закат, а развитие и модификацию методик пластической хирургии в свете работы с клеточными технологиями. Более того, мы уже сейчас проводим исследования с применением клеточных продуктов в пластической хирургии. Многие из них представляются весьма перспективными.

– В прошлом году состоялось два знаковых дебюта: были защищены первые диссертации по пластической хирургии. Летом Николай Зеленин защитил кандидатскую диссертацию по теме «Управление процессом заживления хирургической раны путем изменения активности р38 МАРК каскада», а в декабре Ирина Мариничева, научным руководителем которой были вы, защитила уже докторскую диссертацию «Контурная пластика нижних конечностей». Насколько охотно российские пластические хирурги занимаются научной работой? Многие ли
готовы тратить время и деньги на проведение дорогостоящих исследований?

– Открытие диссертационного совета и защита первых диссертаций по нашей специальности – это крайне важные для нас события. В настоящее время многие пластические хирурги охотно занимаются научной работой, что, без сомнения, вселяет уверенность в научном потенциале нашей специальности. Ежегодно мы принимаем в аспирантуру все новых аспирантов и в
ближайшие годы ждем значительного увеличения как количества научных работ по пластической хирургии, так и новых защитившихся кандидатов и докторов.

– Прошлый год был для российской пластической хирургии юбилейным, ведь официально специальность «пластический хирург» появилась только в 2009 году. Что изменилось в отрасли за эти 10 лет? Как вы можете охарактеризовать ее нынешнее состояние? И каким видите ее развитие на ближайшую перспективу и чуть более отдаленное будущее?

– На сегодняшний день в России работают более 1,5 тысячи пластических хирургов. У нас есть своя общественная организация РОПРЭХ – Российское общество пластических, реконструктивных и эстетических хирургов. Ежегодно мы проводим большое количество отраслевых мероприятий, которые стали отличной возможностью для специалистов встретиться, обменяться опытом, обсудить сложности, с которыми приходится сталкиваться в каждодневной практике, поделиться успешными решениями и открытиями.

Специальность «пластическая хирургия» является междисциплинарной, и я с уверенностью могу сказать, что в России она перестала восприниматься исключительно как часть эстетической медицины и вышла на международный уровень. Специальность на наших глазах претерпевает большие изменения.

Сегодня врачам жизненно необходимо непрерывное образование на протяжении всей карьеры. Необходимы навыки не только в области медицины, психологии, косметологии. Современные реалии предъявляют к специалистам совсем иные дополнительные требования: владение знаниями в области инженерии, биоинженерии, навыки компьютерного дизайна, использование для обучения хирургических пособий с применением 3D-симуляции и 3D-принтинга. Поэтому драйверами развития пластической хирургии станут инновационные разработки, такие как биохакинг, 3D-моделирование, 3D-принтинг.

В ближайшее время инструментарий пластических хирургов качественно изменится, так как создание идеального образа невозможно без использования научных достижений и современных
технологических разработок. Мы будем наблюдать совершенствование технического оборудования и внедрение в работу искусственного интеллекта.