Эстетика на грани между хирургией и косметологией

Противостояние пластических хирургов и врачей-косметологов – тема, не теряющая своей актуальности в медицинском сообществе. Однако настоящие профессионалы ищут не противоречия, а точки соприкосновения, понимая, что только комбинирование подходов позволяет предложить пациенту оптимальное решение его эстетических проблем.
О том, как эффективно совмещать пластику и современные косметологические технологии, мы говорим с пластическим хирургом «Клиники профессора Юцковской», преподавателем «Школы профессора Юцковской» Эдуардом Григорьевичем Тер-Терьяном.

Эдуард Григорьевич Тер-Терьян.

– Эдуард Григорьевич, как в клинике Юцковской разрешается противоречие между косметологией и хирургией?

– На самом деле, когда подход к любому вопросу максимально научный и минимально эмоциональный, то нет никаких противоречий и разногласий. Мы давно уже не спорим, чем лучше увеличить объем губ – жиром или филлером. Не спорим о том, тянуть или наполнять. Всем давно понятно, что нужно и тянуть, и наполнять, и делать еще много других манипуляций. Поэтому у нас в клинике существуют программы для пациентов. Это, по сути, четко выверенный план лечения, составленный для каждого пациента индивидуально, в соответствии с его типом старения, возрастом и, конечно же, его взглядом на собственные возрастные изменения и на то, какого именно преображения он хочет. Так вот, в нашей клинике в этом плане обязательно присутствует консультация пластического хирурга. Например, когда необходима блефаропластика, липосакция или нитевой лифтинг.

– Кстати, в эффективности нитевого лифтинга до сих пор сомневаются многие хирурги.

– Меня очень веселят мои коллеги пластические хирурги, которые не принимают нитевые методы. Они все еще убеждены, что нити не работают, что после них невозможно сделать операцию, и транслируют эти заблуждения своим пациентам, тем самым лишая людей возможности получить достоверную и исчерпывающую информацию обо всех эффективных методах работы с их внешностью.

С абсолютной уверенностью могу сказать: не каждому пациенту нужны нити, но представить без них современную косметологию невозможно. Современные нити – это продукт, состоящий из биостимулирующего материала и тонких атравматичных канюль. Благодаря этому дуэту методика дает очень мягкий лифтинг-эффект и улучшение качества кожи, я бы даже сказал, «волюмизацию кожи». Конечно, я сейчас говорю про нити, которыми пользуемся мы в нашей клинике. Потому что не все нити одинаковы, а выбор на рынке огромен, и нужно уметь отделять работающий продукт от суррогата.

– Чаще всего о нитевых технологиях говорят применительно к решению эстетических проблем на лице. А вот о методиках для тела известно не так много. Расскажите, какие задачи по коррекции фигуры можно решать при помощи нитей?

– В работе с телом все-таки на первом месте всегда остается пластическая хирургия. Например, после беременности и периода лактации ткани растягиваются, и вернуть подтянутый живот или грудь нити не смогут. Не заменят они полноценную абдоминопластику или операцию по увеличению груди. А вот улучшить качество кожи живота или груди можно и нужно с помощью нитей, в составе которых есть полимолочная кислота. Насечки на нитях могут сделать грудь более «компактной». Поэтому работа нитями по телу – это, в первую очередь, работа с качеством кожи.

– Как сочетаются нитевые технологии и такая востребованная методика, как липосакция? Можно ли применять их в рамках одного сеанса или строить комплексные программы лечения?

– Это одно из моих любимых сочетаний в работе с лицом. Чтобы понимать, зачем нужна липосакция и в каких зонах, нужно понимать принципы возрастных изменений на лице. Об анатомии старения можно рассказывать очень долго, но именно понимание того, как происходят процессы старения на разных уровнях, является ключом к правильной anti-age терапии. Так уж устроено природой, что в поверхностных жировых пакетах (под подбородком и по контуру нижней челюсти) объем жировых компартментов с возрастом увеличивается, даже у достаточно стройных людей. Кожа и мышечно-апоневротическая система растягиваются, поэтому мы и применяем в этой зоне сочетание нитей и липосакции.

– Сочетание нитей и пластической хирургии сегодня стало практически стандартной практикой. А как «дружат» нити с аппаратными методиками?

– Пока волшебную пилюлю никто не придумал, нет и не будет универсального метода, который давал бы эффект омоложения. Поэтому достигнуть убедительного результата можно только за счет сочетания методик. Главное – помнить наш основной постулат «не навреди». Таким образом, мы сочетаем нити, например, с ультразвуковыми методами, которые работают на уровне SMAS. Этот аппаратный метод подразумевает термическое воздействие на определенной заданной глубине. Создавая микрозоны коагуляции, мы стимулируем образование нового коллагена, а на уровне SMAS происходит сокращение его площади. На лице это создаст эффект «компактизации»: оно будет выглядеть более подтянутым, ткани – более упругими. После такой процедуры практически всегда мы имплантируем нити, чтобы дополнить эффект векторным перемещением жировых пакетов. Для нас данная практика является ежедневной, поэтому мы можем сказать, что это безопасно. Это далеко не единственное, но самое любимое мною сочетание с аппаратными методами.

– То есть сегодня пациенты хотят иметь не просто гладкую кожу без морщин и заломов, эффектные рельефы лица, а именно «компактное» лицо?

– Эстетика весьма подвержена моде, и мы должны следить за ветром перемен, соответствовать духу времени. Еще 5-7 лет назад на приеме у косметолога коррекция лица начиналась с филлеров и ботулотоксина, а сейчас очень часто я вижу протоколы первым пунктом, в которых стоит одна из коллагеностимулирующих процедур или, например, аппаратная методика. То есть курс действительно взят на «компактизацию» лица. Overfill face переполненные, перерастянутые объемы, гиперкоррекция – это давно не круто и, согласитесь, некрасиво.

– Нитевая коррекция носа – процедура, которая стала настоящим хитом последних лет. Технически она довольно проста, но есть ряд нюансов, которые могут привести к весьма печальным последствиям. Расскажите, на какие особенности процедуры стоит обратить внимание врачам, которые еще только осваивают данную процедуру?

– Во-первых, методика имеет достаточно узкий объем показаний и еще более узкий список специалистов, умеющих красиво это делать. Я бы посоветовал коллегам учить анатомию, чтобы четко ориентироваться в слое тканей. Посоветовал бы не начинать свою нитевую практику с носа, важно почувствовать уверенность, ведь риски тут не оправданы. Не ведитесь на инстаграм-моду!

– Расскажите о вашем опыте минимизации осложнений после инъекционных и нитевых процедур. Часто ли вам приходится исправлять огрехи других врачей? Какие правила помогут минимизировать риск осложнений?

– Очень частая причина осложнений –   это желание быть в тренде. Ведь это так заманчиво – увидеть в Инстаграме методику и решить: я тоже так могу. Но то, что выглядит модным, легким и красивым в публикациях непонятных инстаграм-звезд, а то и откровенных аферистов без образования, далеко не всегда оказывается простым и безопасным на практике.

Но если говорить об осложнениях, они – неизбежная часть нашей работы. Не сталкивается с осложнениями только тот, кто не работает. Однако профессионализм как раз и заключается в том, чтобы уметь с ними справиться, вовремя предпринять меры. Существуют четкие протоколы работы с нежелательными явлениями. Мы в «Школе профессора Юцковской» обучаем косметологов из России и со всего мира работать с безопасными техниками и уметь справляться с осложнениями.

– В чем особенности подходов к пациентам-мужчинам? Насколько динамично происходит прирост таких пациентов, и чем мужская мотивация при обращении к пластическому хирургу отличается от женской?

– Работать с мужским лицом очень сложно. Ведь что я обычно слышу от пациентов на консультации: к реабилитации не готов, боли не переношу, синяки недопустимы, и вообще, сделайте так, чтобы другие не поняли, но я обязательно видел изменения. Вот с этим набором требований сразу отпадает больше половины методов, которыми мы могли бы успешно решить клиническую задачу. Но! Я точно знаю главное: мои пациенты-мужчины хотят оставаться с мужским лицом после визита ко мне. Важно всегда учитывать гендерные особенности и подчеркивать их: массивная челюсть, углы нижней челюсти, четкие надбровные дуги. Ни в коем случае нельзя делать мужчине большие скулы или губы. Это не значит, что на данные зоны мы не обращаем внимания и обходим их стороной, просто очень деликатно обращаемся с объемами.

– В косметологии и пластической хирургии, как ни в одной другой области медицины, много авторских методик. Чем, по вашему мнению, оправдан постоянный поиск альтернативных, не совпадающих с имеющимися протоколами подходов? Когда такой поиск имеет право на существование?

– Я не очень люблю термин «авторские методики». Поверьте мне: все новое – это хорошо забытое старое. Для меня существуют только те методики, которые, во-первых, авторы представляют на международных и национальных конгрессах или в научных статьях, во-вторых, по каждому нововведению проведено хотя бы одно маленькое исследование со статистикой нежелательных явлений, с четкими критериями оценки результата. Все остальное –  не более чем самопиар.

Мы всей командой «Школы профессора Юцковской» стремимся к научной обоснованности наших методик. У меня есть научная разработка метода комбинирования липосакции субментальной области и брылей с одномоментным проведением альтеротерапии. Неоднократно показывал этот метод на международных конгрессах и рад тому, что, наконец, наша статья опубликована в научном издании. Я за то, чтобы новые методики детально обсуждались научным сообществом и только после этого внедрялись в широкую практику.